Выступление на Епархиальном собрании (2005 г.) - Продолжение доклада

 

Молитвенное предстательство пастыря

Особо хотелось бы напомнить о молитвенной жизни пастыря. Молитва — основа духовной жизни, средство Богообщения, без которого жизнь человеческая теряет всякий смысл, а также и способ стяжания благодати Духа Святого, наставляющего верующего «на всякую истину» (Ин. 16, 13).

Отсутствие молитвенного горения — один из самых тяжелых священнических недугов. Если пастырь теплохладен в молитве, не умеет и не хочет молиться — он не способен научить молитве и своих пасомых.

Сегодня можно видеть, что некоторые из современных клириков, восприняв внешнюю форму священнического служения, остались чужды того внутреннего духовного горения, которым всегда славились великие пастыри Православной Церкви. Следствием этого стало общее молитвенное оскудение в среде нынешнего духовенства. На практике это проявляется в том, что живая, искренняя молитва вытесняется формальным, сухим и безжизненным «вычитыванием» личного правила или требоисполнительским отношением к совершаемому богослужению. Невнимание к словам молитвы, к происходящему на службе, к сожалению, стало распространенной бедой современной церковной жизни.

Молитва должна быть средоточием жизни каждого пастыря. Без правильного отношения к этой важнейшей части христианской жизни священник не только не сможет помочь своим духовным чадам, но и подвергнется осуждению от Бога за равнодушное отношение к строению Божественных Таин.

Церкви нужны не профессионалы, знающие устав и умеющие совершать богослужения в соответствии с ним, а ревностные пастыри, глубоко благоговейные, проходящие поприще своего служения со страхом Божиим, сосредоточенные в молитве. Никогда священник не должен забывать, Кому он предстоит пред Престолом Божиим.

В нынешнем году по Нашему благословению члены Богослужебной комиссии при Епархиальном совете посещали многие московские храмы и присутствовали на богослужениях. Результаты, полученные в ходе работы этой комиссии неутешительные, заставляющие сделать тревожные и печальные выводы.

Во многих храмах имеет место небрежность и поспешность при совершении служб, отказы в совершении треб. Иногда члены комиссии вынуждены были наблюдать формальное, казенное отношение к богослужению, Таинствам и обрядам, при котором внешне службы совершаются правильно, с большим или меньшим соответствием уставу, но без внутреннего благоговения, без страха Божия, без сердечной теплоты, что свидетельствует о замирании молитвенного горения, охлаждении сердечного чувства.

 Сейчас не редко можно видеть, как духовенство без всякой нужды оставляет свое место у св. Престола во время богослужения, отвлекается на какие-то мелочи, беседует о делах мало относящихся к службе. Естественно, что при таком поведении настоящей молитвы быть не может.

Святой Симеон Новый богослов, рассуждая о молитве, говорит: «Нет греха больше, чем молиться без страха Божия, без внимания и благоговения. <...> Тот, кто молится кое-как, с небрежностью, подвигает на гнев самого долгов решителя Бога, Коему молится: ибо таковой устами Богу молится, а ум с бесами ведет беседу» (Слово 9, прп. Симеона, Нового Богослова, М., 1892).

Основные причины, по которым происходит оскудение веры, охлаждение и сухость сердца в молитве, — это чрезмерная привязанность и любовь ко всему мирскому, отсутствие покаянного чувства.

Старец Никодим Святогорец в своей книге «Невидимая брань» свидетельствует: «Действие охлаждения (духовного) начинается выходом внимания изнутри, и устанавливается в своем дальнейшем течении прилеплением сердца к чему-либо, сначала пустому и суетному, а потом страстному и греховному». «Старайтесь всегда быть в чувстве к Богу и божественному <…> и, делая одно, не обременяй мысли попечением о многом». (Никодим Святогорец, Невидимая брань. Гл. 7. О сердечной теплоте и об охлаждении и сухости сердца. М. 1912, с. 241-245).

Святые отцы и подвижники благочестия, говоря о необходимости иметь страх Божий, возгревать в себе любовь к Богу и духовную сердечную теплоту, вместе с тем, всегда предостерегают от лицемерия, показного, фарисейского «благочестия», от мнимого, внешнего умиления и елейности, от притворной «игры» в благочестие, которые есть обман, богохульство и мерзость перед Богом.

Об отношении к прихожанам

Каждый церковный человек, будь то клирик или мирянин, должен постоянно помнить, что, глядя на него, люди формируют свои представления  о Православии и нравственных принципах христианства.

Благодаря тому, что наши предшественники по вере достойно несли свое служение, Православие сумело выжить даже в тяжелейшие годы богоборчества. И сегодня лучшей возможностью для проповеди Православия является жизнь в соответствии с исповедуемыми убеждениями, личный пример каждого христианина и особенно духовенства.

Огромный ущерб наносят авторитету Церкви священнослужители, плохо понимающие и принимающие своих прихожан и людей, зашедших в храм. Бывает, что одно неловкое слово или жест, тень небрежения о нуждах человека или соблазнительное поведение священника отталкивают человека от Церкви, закрывают ему путь к спасению.

На каждом христианине, трудящемся в храме, лежит огромная ответственность перед Богом и людьми, и каждый настоятель должен постоянно напоминать себе об этом и соответствующим образом ориентировать свою паству и сотрудников храма.

Жизнь современного христианина в миру, также должна быть примером трепетного исполнения Евангельских заповедей. Конечно, здесь не должно иметь места показное благочестие, а только нелицемерное служение Богу, Отечеству, и людям.

 В храме следует всеми силами стремиться к воплощению в жизнь слов Христа, говорящего: «Дом Мой домом молитвы наречется» (Мф. 21, 13), дабы не допустить ничего такого, что может уподобить храм «вертепу разбойников» (См.: Мф. 21, 13).

Памятуя, об изгнании Спасителем из Иерусалимского храма торговцев жертвенными животными, мы не можем уподобиться им и потому должны стремиться к тому, чтобы в храмах царствовал дух мира и любви, а не атмосфера торгового места.

Я уже много раз напоминал о том, что вывешивать ценники за совершение Таинств, молебнов или треб недопустимо. Недопустимо также вывешивать ценники и на свечи, иначе как мы можем доказать финансовым органам, что это жертва. Каждый человек по велению своего сердца приходит в храм, его никто не заставляет это делать. Он приходит по своей воле. Если он приобретает свечу, — это его жертва. Но когда над свечным ящиком огромными буквами написана цена на свечи, — нам очень трудно убедить кого-то, что это действительно жертва.

Православный храм существует на добровольные пожертвования верующих. Ни в коем случае не следует устанавливать жесткую тарификацию за совершение служб или исполнение Таинств. Господь заповедавший: «Туне приясте, туне дадите» (Мф. 10, 8), восполнит наши убытки, если они возникнут из-за того, что мы исполняем Его святую волю. Показательно, что в храмах, решившихся на совершение треб без установления системы каких-либо расценок, доход значительно возрос.

В храме не место грубости, ссорам, интригам внутри причта, холодности, равнодушию, черствости. Напротив, каждый входящий в храм должен почувствовать атмосферу любви, приветливости, участливости и заботы. Неужели нам нужно учиться у сектантов, которые каждого приходящего с любовью встречают.  И священник, и все служители храма должны помнить, что одна из задач их деятельности, их священный долг — приветить, утешить, согреть любовью каждого пришедшего. Не дай Бог кого-то оттолкнуть своей холодностью, грубостью или нежеланием потрудиться на пользу ближнему и во славу Божию, в соответствии со словами Спасителя: «Грядущего ко Мне не изжену вон» (Ин. 6, 37).

С любовью принятый в храме человек должен встретить здесь благоговейную тишину, чистоту и благолепие, противостоящие обыкновенной суете и спешке, преследующих людей в повседневной жизни и лишающих их душевного спокойствия. Среди этой неведомой неверующим людям красоты Божьего храма возносится тихая, кроткая, смиренная молитва, проникнутая  любовью к Богу и ближним.

Выйдя из храма на улицу, человек попадает в другой мир, живущий по закону греха, исполненный грубых соблазнов и всякого рода нечистоты. И в этот мир, где оскудела любовь и попрана правда, посылает нас Господь.

Я уже несколько лет требую, чтобы все храмы Москвы были бы в продолжение всего дня открыты, чтобы был дежурный священник, с которым желающие могли бы поговорить, чтобы были дежурные за свечным ящиком, поскольку во многие храмы приходят люди во внебогослужебное время. В основном, это те, которые еще не воцерковились, которые, может быть, еще не понимают красоты нашего богослужения. И такие люди приходят в храм. Кто умеет — помолится, кто не умеет — подумает, но выходят из храма умиротворенными. Потому что сама атмосфера храма умиротворяет.

Церковь неотмирна по своей природе. Обращаясь в первосвященнической молитве к Своему Отцу Христос просит о Своих учениках: «Не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла. Они не от мира, как и Я не от мира. Освяти их истиною Твоею; слово Твое есть истина. Как Ты послал Меня в мир, так и Я послал их в мир» (Ин. 17, 15-18). Проходя поприще своего служения в условиях мирской суеты, священник всегда должен оставаться прежде всего свидетелем Христовой Истины, должен быть возвещателем правды.

Духовенству сегодня приходиться бывать в самых разных местах: в административных учреждениях, в школах и вузах, в больницах и тюрьмах. Но нигде и никогда священнослужитель не должен позволить себе действовать в соответствии с лукавым духом времени, становиться зависимым от мира, принимать в свое сердце мирские соблазны и искушения.

«Бог есть любовь» (1 Ин. 4, 8), и Церковь Христова должна являть эту любовь миру. Однако в полной мере эту любовь возможно будет явить только в том случае если она будет иметь деятельный характер, если работать в благотворительных учреждениях, больницах, приютах будут настоящие христиане — священники, врачи, сестры милосердия, движимые нелицемерной заботой и любовью о ближних.

«Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей» (1 Ин. 2, 15), — говорит апостол любви Иоанн Богослов. Это значит, что, трудясь в условиях падшего мира, мы должны затворить свое сердце от всего греховного, злого, отдаляющего нас от Бога. Если священнослужители будут побеждены сребролюбием, тщеславием, властолюбием, гневом или какими-нибудь другими страстями, которые управляют этим миром, то в их сердцах уже не останется места для любви Отчей. Направлять их поступки будут страсти, а не любовь. Без любви же никакая наша деятельность не будет иметь смысла, она перестанет быть церковной по своей природе, и не будет приводить людей к Богу.

О монастырской жизни

Благодарение Богу, ныне процесс развития и укрепления монашеской жизни продолжается и набирает силу. Это в полной мере относится к столичным и другим ставропигиальным монастырям, находящимся в Нашем прямом управлении.

На прошедшем в октябре 2004 года Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви отмечалось, что возрождение монашеской жизни и монастырского служения происходит во всех формах, традиционно свойственных обителям Русской Церкви. Это ежедневное уставное богослужение, просветительская, миссионерская, издательская деятельность, социальная работа, деятельная помощь нуждающимся, развитие исторически свойственных монастырям искусств и ремесел. Монастырское хозяйство требует постоянного попечения, рачительной заботы и напряжения сил. Рукоделие и посильный труд каждого члена монашеской общины — это непременное условие верного устроения монашеского быта, залог правильного, укорененного в святоотеческой традиции воспитания послушников и иноков. Однако в центре жизни каждого монашествующего и монастырского братства или сестричества в целом во все времена оставалось и должно пребывать собственно монашеское делание, то есть молитва.

Каждый приходящий в монастырь должен сознавать, что призвание и основное дело инока — усердная молитва, которая, по слову святителя Иоанна Златоуста, есть «свет для ума и души, свет неугасимый», «оружие великое, сокровище неоскудевающее, богатство, никогда не истощаемое, пристань безмятежная, основание спокойствия».

Сегодня, когда быт и внешняя жизнь монастырских братств и сестричеств уже налажены, хотя и в разной степени, наместникам, настоятельницам, и в особенности, духовникам монастырей необходимо серьезное внимание обращать на то, чем живут вверенные их попечению насельники и насельницы, насколько целеустремленно и верно они идут по добровольно избранному ими монашескому пути, насколько они постоянны в трезвении, желании мыслить и трудиться над собой, быть, по слову апостола Павла «укорененными и утвержденными в любви» (Еф. 3, 18). Недопустимо попустительствовать проникновению в среду монашествующих настроений мира сего. Не может и не должно быть среди насельников обителей духа недоброжелательности, отчужденности, эгоизма, своекорыстия, вражды и, тем более, проявления этих негативных качеств по отношению к посещающим монастыри прихожанам и паломникам.

В монастырь человек приходит именно для того, чтобы посвятить себя безраздельному служению Богу и людям, чтобы созидать в себе Царство Божие, ибо Христос говорит: «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21). Приходя в монастырь, будущий послушник приносит с собой как бы слепок, отпечаток проблем общества, в котором он вырос и был воспитан. Сегодня это проблемы секулярного мира, зачастую попирающего основы всякой морали. Наместникам и настоятельницам надо чутко, внимательно и со страхом Божиим принимать в обители кандидатов на послушание, убеждаться в искренности их намерений, рассудительно решать, ищет ли человек «своего» или «того, что угодно Иисусу Христу» (Флп. 2, 21).

Таким образом, внутренняя жизнь монашеских обителей требует к себе самого серьезного внимания и отношения монастырского начальства. Ее правильное, каноническое, укорененное в традиции монашеского делания устроение составляет очень непростую, но на сегодня — первоочередную задачу. В последние годы многое было сказано о трудностях и препятствиях, возникающих при ее решении. Это и проблема непонимания насельниками и насельницами обителей того, что есть послушание, их неумение и даже нежелание отсекать свою волю. Это и вопрос нехватки опытных монастырских духовников. Это и нестроения в отношениях старших и младших в монастырских братствах и сестричествах, во взаимоотношениях настоятельниц и монастырского духовенства. Это и проблема церковной дисциплины в монастырях.

Однако и епархиальной власти, и монастырскому начальству недостаточно только видеть и констатировать недостатки и несовершенства в современной монашеской жизни, необходимо последовательно и настойчиво их преодолевать, искореняя неблагоприятные тенденции, устрояя монашеское житие с отеческой заботой и любовью. Надо ответственно понимать, что одними административными и дисциплинарными мерами не достичь положительных результатов на этом трудном пути. Но «невозможное человекам возможно Богу» (Лк. 18, 27). Словами великого апостола Павла обращаюсь к каждому послушнику и послушнице, к каждому монашествующему, настоятелю, наместнику и настоятельнице обителей нашей Святой Церкви. Сознавайте свою ответственность перед Богом за все совершаемое на жизненном пути и с твердой верой, упованием на всесильную помощь и благодать Божию, которая «немощная врачует и оскудевающая восполняет», совершайте свое служение «достойно звания, в которое вы призваны, со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью, стараясь сохранять единство духа в союзе мира» (Еф. 4, 1-3).

Связанные материалы